Игорь Корж

Руслан Павленко , 21 апреля 2011 в 15:50

Игорь Корж об украинском модельном бизнесе. Помогает Евгений Кемеровский

МОДЕЛЬНЫЙ БИЗНЕС КАК ЗАМКНУТЫЙ КРУГ... Откровенное интервью Игоря Коржа и Евгения Кемеровского. Разговаривает Игорь Магрилов, член НСЖУ, президент MAGNET WMM.

Когда популярный певец и, с недавнего времени, писатель Игорь Корж прилетает в Берлин, то для меня это всегда повод встретится со старым приятелем и поговорить «за жизнь». А в этот раз повод оказался двойной – Игорь был со своим хорошим другом, легендой русского шансона Евгением Кемеровским.

Это интервью записывалось в несколько этапов – в такси, на Радио «Русский Берлин», и наконец, в лаунж-баре самой пафосной гостиницы немецкой столицы Adlon.

- А давайте поговорим сегодня не о музыке, а, может быть, о немного необычной для музыкантов теме – о модельном бизнесе.

И.К.: Ну почему тема необычная? Музыканты с моделями часто сталкиваются (смеётся). А я же, как-никак, теперь ещё и писатель. В моём романе «Закон бумеранга» эта тема раскрыта достаточно глубоко… со знанием дела, жёстко, без приторной политкорректности, вещи названы своими именами…

Е.К.: Хорошая книжка у Игоря получилась. Правильная, современным языком написана… Я местами не согласен там с некоторыми определениями, где-то может жёстко слишком… Но это же его творчество, не моё… Но в целом очень здорово, главное – честно и профессионально…

- Да, книгу я прочитал… Реально круто. Да и просто захватывает – порадовали знакомые и легко узнаваемые персонажи, шокировала откровенность диалогов, заинтриговали знакомые темы, в которых ты, действительно, в теме… Храню вот на полке твое творение с автографом и жду, когда по нему уже кино снимут.

В том, что музыканты часто сталкиваются с моделями, я как раз нисколько не сомневаюсь (тут уже улыбаюсь я). Итак, многие считают, что модельного бизнеса как такового у нас вообще нет. Это так?

Е.К.: Ну он, бесспорно, есть как явление. Но, как и все в нашей стране, очень сильно отличается от того, который существует в развитых странах Европы, Америки, и уже Азии. У нас другие понятия, другие законы, и, наверное, другие цели...

И.К.: Но работают же модельные агентства, школы моделей, проходят Недели моды, существует фэшн-индустрия, появляются интересные дизайнеры… Значит, модельный бизнес, как бы есть.

- Ну, а что нужно для того, чтобы у нас модельный бизнес был не «как бы есть», а чтобы, простите за каламбур, все его субъекты могли есть?

И.К.: Когда в нём появятся деньги, большие деньги, инвестиции, тогда он начнет развиваться. А деньги появятся тогда, когда появится доверие. То есть эти две вещи взаимосвязаны: появятся деньги – появится доверие, появится доверие – появятся деньги. Как в том анекдоте, когда девушка пришла к врачу и говорит: «У меня прыщики». Врач посмотрел на неё и ответил: «У Вас прыщики потому, что у вас нет секса. А секса нет потому, что прыщики!»

- Просто замкнутый круг какой-то…

Е.К.: До сих пор жива советская ментальность – все, что не связано с каким-то тяжелым трудом и небольшим доходом, нечестно. Честно – много работать, и мало зарабатывать. Как наши родители жили. И с отношением к музыкантам, кстати, та же проблема… очень мало людей понимают, как мы на самом деле пашем. На концертах, на студиях, умираем просто… А многим кажется, что это лёгко…

К сожалению, с этими словами Евгений нас покидает, потому что ему нужно срочно записать интервью для телепрограммы «Пусть говорят». Игорь остается отдуваться за двоих.

И.К.: Согласен с Женей полностью. Я вообще считаю, что это исконно славянское и от православия все идет – нужно тихо прожить свою жизнь, чтобы это на небесах зачлось. Нигде не выделяться, стараться не блистать. Это то, что поддерживалось власть имущими веками, держать людей под контролем, чтобы они нигде не выпячивались. И когда очень маленькая часть населения решила, что она все же хочет каким-то образом выделяться, большинству это не понравилось. Такие «выскочки» зачастую у нас подлежат осуждению. Их труда не понимают… труда музыкантов, актёров… типа это сплошной праздник… А модели тем более. Ну чем они зарабатывают? Сиськами-попками, голыми ногами… Ну это же неправильно! Почему она не пошла ткачихой на фабрику, а пошла по подиуму шастать и бл…вом, образно говоря, заниматься?

Ну, вот есть ко всему этому некое недоверие. А если есть недоверие, то когда мужчина-инвестор вкладывает в этот бизнес деньги, то сразу появляется подозрение, что он делает это потому, что чрезмерно увлекается молоденькими моделями. Поэтому уважающий себя, солидный бизнесмен попросту побоится туда лезть. Побоится ханжеских сплетен, кривотолков… Есть, конечно, исключения… Александр Онищенко, например, который TOP Ukraine создал и большую работу в этом направлении проводит. Но большинство все же опасаются таких тем… Неуютно им здесь светиться… Опять же, перед женой своей неудобно…

- Согласен, нет у нас доверия к этому бизнесу. Ну откуда может быть доверие, если СМИ постоянно пишут и показывают, как опасно быть моделями? Почитаешь, послушаешь, так такое ощущение складывается, что подавляющая часть моделей – проститутки, за границей все попадают в сексуальное рабство, а модельные агентства спят и видят, как бы их моделей где-нибудь на органы за большие деньги разобрали. Бесспорно, проблема трафика существует, но именно к настоящему модельному бизнесу это не имеет никакого отношения. Но люди-то запуганы. Очень тяжело общаться с некоторыми моделями и их родителями, которые зомбированы прессой, что у нас чуть ли каждая вторая соотечественница-модель сгинула на чужбине. Знаешь, сколько потенциально хороших моделей из-за этого не выбрали себе эту профессию? Я как журналист за последнее время не увидел ни одной по-настоящему профессиональной статьи на тему модельного бизнеса. Так, все по верхам и кочкам… Ну, в лучшем случае, какую-то славицу напишут, что наша очередная модель победила в престижном международном конкурсе.

И.К.: Везде в мире, а у нас особенно, СМИ настроены на поиск жареных фактов. Ну, скажи, кто будет читать статью о т ом, что в нашем модельном бизнесе все хорошо?

Лично я считаю, что девочкам, которые учатся в школах моделей, это обучение идет только на пользу. Они развиваются как личности, у них появляется чувство стиля, грация, они учатся красиво ходить, постигают этикет, становятся более женственными… Это то, чему раньше учили в институтах благородных девиц.

Но если об этом так и написать, то что скажут? Проплаченная статья, реклама… А написать, что модельные агентства – негодяи, подонки, продают наших девочек в какую-то арабскую страну, в публичные дома – это другое дело, это работает, в это все охотно поверят.

Я пишу о сегодняшней реальной жизни, и много размышляю о подобных вещах. Как-то поймал себя на такой мысли: наш человек, славянский, в отличие от западного человека, совершенно не склонен верить в хорошее, но очень легко верит в плохое. Скажи кому-то, что он завтра выиграет миллион и получит наследство – не поверит, а скажи, что завтра у него отберут все, что есть – поверит сразу.

- Нет, все-таки хорошую ты тему, Игорь, затронул, наболевшую – доверие к этому бизнесу. Если бы только пресса подпитывала это недоверие. Как-то, достаточно давно, я общался с одной представительницей уважаемой организации защищающей права женщин. Брал интервью, просил рассказать, как обезопасить себя при поездках на работу за границу. Ну вот, рассказывает она мне это, а потом говорит, напишите, что я вообще советую девочкам не ездить на работу за границу. Я ей говорю, пардон, вот у нас много девочек работает моделями за границей, делают карьеру, зарабатывают деньги, видят мир, все довольны… Она просит меня выключить диктофон и заявляет, что у нее дочь, оказывается, тоже работает за границей и тоже довольна. Я спрашиваю, ну как же вы, в таком случае, советуете девочкам никуда не ездить? На что получаю ответ: «Ну это же моя работа»!

Ты понимаешь, о чем я? О каком доверии к модельному бизнесу можно говорить, если куча организаций сидит на теме, как бы кого-то разоблачить? Вероятно, им нужно постоянно твердить о том, что у нас полстраны сидит в сексуальном рабстве, что они постоянно кого-то спасают, иначе они не получат деньги из отечественных и международных источников на следующий год. А кого проще всего клеймить? Тех, кто на поверхности. А на поверхности модельные агентства. Все те, кто реально пытается засунуть девочек в какие-то левые зарубежные клубы и притоны, не сильно пиарятся.

Та же самая ситуация и с правоохранительными органами. С кем проще бороться – с модельными агентствами или с проститутками на соседней улице?

Благо, что сейчас у всех наших агентств такое количество моделей работает за границей, что все труднее становится обвинить кого-то именно в торговле людьми. К тому же, меня сама формулировка «торговля людьми» убивает, когда ее пытаются прилепить к модельному бизнесу. А спортивные менеджеры спортсменами не «торгуют»? А продюсеры артистами? Или они не люди? Как можно торговать моделями? Я бы даже сказал, что нередко встречаются такие модели, которые сами готовы продать кого угодно, включая родное агентство.

И.К.: Ну с милицией все и так понятно. Проститутки у них на ставке. Девочек крышуют и получают деньги. С них больше ничего не поимеешь. А с модельных агентств можно попробовать что-то срубить, потому что у них спонсоры могут быть. Я тут недавно одно хорошее выражение прочитал: наши милиционеры охраняют порядок, беспорядок их не интересует. Вот они и ищут, где бы из чего им сделать очередной бизнес.

- Ну так умные люди давно поняли, что модельный бизнес – это еще тот бизнес. Нет спонсора - живи на копейки. Так же модель, будучи на работе за границей, может все три месяца пробегать по кастингам и не получить ни одной работы. Тогда не то что свою не самую большую комиссию агентство не получит, в убыток попадет.

И.К.: Ну у нас они, вообще, мало что могут заработать. А чего ж ты хочешь от страны с самым низким уровнем жизни в Европе и с самым вопиющим расслоением общества? Знаешь, как в вашем немецком посольстве в Киеве нашу ридну нэньку называют? Уганда…

- Да, показательно…

Ты недавно записал песню "Монако" совместно с Петей Листерманом. Я тоже довольно неплохо знаю Петю лично, считаю его незаурядной личностью, если выражаться модельными терминами, то, безусловно, он топ-модель в своей сфере деятельности. Но не кажется ли тебе, что он тоже вносит элемент этого недоверия к модельному бизнесу?

И.К.: Недоверие, наверное, вносит. Но я считаю, что человек больше всего прогневил Бога, когда принял на себя функцию судить кого-то. Каждый, кто как может, так и зарабатывает на жизнь. Кто-то говорит, что Петя негодяй, ломает судьбы девушек. В седьмой главе моей книги «Закон бумеранга» о Пете есть большой блок, где я через главного героя передаю свои личные ощущения от общения с ним. Это очень интересный и остроумный человек. Что касается его бизнеса, то хочу сказать, что он никого же не принуждает. Он показывает возможности. Бесспорно, он действует как дьявол-искуситель, говоря: смотри, ты можешь так, а может – так. В эпоху этой приторной политкорректности, которая, повторюсь, меня сильно раздражает, хочу сказать, что то, что делает Петя – не так уж и аморально. Это свобода выбора, когда тебе показывают, хочешь - будь такой, а хочешь - будь другой. Выбирай сама, исходя из того, как тебя воспитали, что говорит твоя душа, что подсказывают твои мозги. Если бы не было такого человека как Петя, который показывает другую возможность взойти по жизненным ступеням, не было бы свободы выбора, то девушка не поняла, что она из себя представляет, как личность. А так у нее есть выбор – или иметь отношения по любви, выйти замуж и жить с любимым и близким ее душе, но не слишком богатым парнем, либо выйти за денежные знаки, роскошную жизнь, «конвертировать», так сказать, свой ресурс красоты и возраста. В каком-нибудь Зажопинске она себя не реализует. И тут появляется Петя Листерман и говорит: слушай, чего ты будешь в своем Зажопинске сидеть, с такими же лохами от станка, грубо говоря, трахаться, если мы говорим такими простыми понятными категорями. Давай, ты лучше будешь делать это с олигархом в Лондоне, будешь ездить на «Бэнтли» и жить в роскошном замке напротив Букингемского дворца. Если, конечно, она этого достойна, если она реально красива.

Зачем Петю судить? Он занимается коннектингом людей, сводит их. Он называет себя продавцом счастья, и думаю, имеет на это право. Он дает людям то, что им нужно. Кто-то хочет быть обеспеченной, и он это ей дает, а мужчина хочет любить красавицу, получать позитивные эмоции, и получает это.

- Ну вот есть хорошие, перспективные девочки, которые могли бы стать классными моделями, а тут познакомились с такой свободой выбора и выбрали другой, более простой и быстрый, путь. Может быть, какой-то олигарх и приобрел чудесную жену, но вот модельный мир, возможно, потерял потенциальную топ-модель.

И.К.: Если девочка хочет стать хорошей моделью, если это ее цель, то она ею станет. А если она идет в модельный бизнес только лишь для того, чтобы стать обеспеченной, то может выбрать и другой путь. Потому что он короче и ее больше устроит. Тогда не о чем жалеть, модельный мир ничего не потерял в ее лице.

Вот ты мне сам не раз говорил, что многие хорошие девочки не хотят ехать за границу делать модельную карьеру, предпочитают где-нибудь в Москве или в Киеве как-то подрабатывать и так, в конце концов, и заканчивают свой модельный век, не став никем. Но если у нее были реальные перспективы, а она предпочла сидеть дома, значит она и не модель вовсе, в душе не хотела ею быть. Она хотела просто жить. Вот такие девочки часто и выбирают предложенный Петей путь.

- Ты часто сталкиваешься с моделями?

И.К.: Не могу сказать, что часто, но сталкиваюсь. И по работе, и по жизни… У меня многие друзья общаются с моделями.

- Я почему задал тебе этот вопрос. Вот на твой взгляд, какой процент из девушек, решивших стать моделями, идут в модельные агентства, чтобы сделать карьеру, а какой процент просто хочет хорошо устроиться в жизни?

И.К.: 90% хотят устроиться в жизни, и 10% действительно хочет стать моделями. И это то, о чем мы говорили в начале. Они так относятся к этой профессии, поэтому и у общества такое к ней отношение. Девочки идут в агентства не ради именно модельной карьеры, а ради обеспечения своих нужд, просто ради обогащении.

- Ну так хорошая профессия и должна приносить хорошие деньги…

И.К.: Так нет у нас этой профессии в мировом понимании. В Украине модель не может заработать хорошие деньги. Если на престижных показах платят 50 долларов за выход или даже за вечер, то о чем говорить?

Сколько девочек из Украины реально стали топ-моделями? Единицы.

Вот и получается, что в глазах обывателя моделинг – это некая элитная разновидность проституции. Иначе с чего типа живёшь?

- Опять какой-то замкнутый круг получается. Даже если модель и ее агентство работают честно, все равно найдутся те, кто скажут, что тут что-то не так.

И.К.: Это стереотипы. Столько лет мы вместе с Евгением Кемеровским пытаемся объяснить людям, что тот шансон, что поём мы, это не тот шансон, который «бля буду». Мы уходим от стереотипов. Да, в нашем понимании – это хороший шансон. Но в понимании большинства людей, шансон – это чисто «Бутырка», блатняк. Вот мы и говорим: хорошо, если в вашем понимании это шансон, то мы поем не шансон, а мужскую эстраду. Так же и здесь - стереотипы мышления. Модельные агентства – рассадники бл…тва, проституции и так далее. И ничего с этим не сделаешь. Нужны годы, чтобы что-то изменилось. Или должно появиться множество наших девочек, которые регулярно участвуют в показах в Париже, Милане, Лондоне, Нью-Йорке, где получают хорошие гонорары. Тогда бы и родители потенциальных моделей по другому к этому относились. Вот, когда девочка говорит, что хочет идти в модели, что ей скажет наша среднестатистическая семья со стандартным менталитетом? Не позорь нас, в модельных агентствах сплошная проституция! Этот менталитет рекламой и прессой не изменишь, только качественные изменения в обществе помогут.

- Согласен. Но вот есть такая хорошая книга Майкла Гросса о истории модельного бизнеса «Модель: Грязный бизнес прекрасных женщин», рекомендую почитать. Так вот, с первых дней появления модельных агентств вокруг них ходили такие слухи. Общество было другое, а слухи те же.

И.К.: Общество было пуританским и ханжеским уже тогда. Давайте называть вещи своими именами. Миром правят деньги и секс. И власть, которую они дают. Все является рынком. Всегда есть продавец, и есть покупатель. Испокон века женская красота являлась товаром. Начиная с рабовладельческих рынков. Модельные агентства, по большому счету, культивировали товар, элитнейший товар. Поэтому вокруг них и были такие разговоры. Опять, ведь менталитет какой? Если товар, то, следовательно, «грязный бизнес». И все, что вокруг этого крутится, тоже что-то непонятное. Все на грани.

Украина, в отличие от России, не имеет ничего – ни газа, ни нефти, ни золота. Единственный ресурс – это девушки. Приезжающие к нам иностранцы пытаются их импортировать. А какая-то часть финансово-обеспеченных мужчин в нашей стране пытаются оставить этот генофонд у нас.

- Ну а что плохого, в том, что девочки уходят на экспорт в хорошие зарубежные агентства?

И.К.: Мы сейчас говорим о разных вещах. Нужно разграничивать. Если девочка уходит на экспорт как модель – это одно, а если как служанка или содержанка какого-то иностранца - это другое. Мы уже по секс-туризму опережаем Таиланд.

- Ну это уже претензии не к модельным агентствам, а, скорее, к службам знакомств, к тому же больше разводящих иностранцев на деньги, чем знакомящих их с невестами, да к разнообразным эскорт-агентствам, пишущих в своих рекламках, что в их составе исключительно модели.

И.К.: Согласен, все прикрываются красивым словом «модель». Недавно я был на гастролях в Ялте. В не сезон гостиница, где я остановился, жила двумя категориями клиентов – турецкими рабочими и русскими проститутками. Они нашли друг друга.

- Ты думаешь, что все они были моделями?

И.К.: Есть такое понятие, как несостоявшаяся модель. Из кого, в основном, собирали банды преступников в 90-х годах? Из несостоявшихся спортсменов. Так и тут, много несостоявшихся моделей. Вот на модель не хватило, а тут – хватило.

В Америке быть моделью престижно. У нас тоже престижно, если ты снимаешься для обложек журналов. Но в отличие от Европы и Америки у нас нужно заплатить за эту обложку. Поэтому у нас, когда модель появляется на обложке журнала, сразу возникает вопрос: а кто спонсор, кто за эту обложку заплатил? Появилась на обложке, сразу находится куча людей, желающих взять над ней патронаж. Ее блеск на обложках, это ее шанс подороже себя кому-то продать, найти обеспеченного «бойфренда».

А в Америке востребованные хорошие модели столько зарабатывают, что ей нафиг не нужен этот спонсор. Она может взять себе любого понравившегося парня и сказать: «Не работай нигде, я буду тебя обеспечивать». А у нас престижность этого труда, как и труда учителей, врачей… артистов ничтожно мала. У них хорошо зарабатывающая модель получает намного больше, чем чиновник в мэрии Нью-Йорка. А у нас в мэрии города Киева чиновник за одну подпись может положить в карман столько, сколько ни одна киевская модель не заработает за 10 лет топтания на самых престижных показах и снимаясь для самых крутых столичных журналов. Все, больше можно ничего и не говорить.

- Ну вот опять мы вышли на этот замкнутый круг – и тогда модели начинают искать этих самых чиновников из мэрии, их знакомых олигархов, чтобы получить очередную обложку журнала и тем самым расширить свой круг полезных связей. А тебе не жаль этих девочек, которые всеми своими наманекюренными ноготками пытаются взгромоздиться на гламурную вершину общества.

И.К.: Опять же, не хочу никого судить. Ну, выбрали они себе такой путь, значит, так и будет. Раньше меня раздражало множество вещей. Например, менты, которые должны стоять на страже закона, а сами грабят людей. Так и с этим девочками. Я их столько видел, что мне уже не грустно, а смешно и иронично. Я воспринимаю это, как данность нашего общества. Это реальный зоопарк, где интересно наблюдать за животными, за их повадками, движениями.

- Ну эти девочки, как правило, все-таки находят свое счастье в жизни?

И.К.: У каждого свое понятие счастья, а абсолютного счастья вообще не существует, я в этом уже четко убежден. Думаю, что если девочки только этим и живут, то пик их карьеры и «пенсия» наступает очень рано. Время хороший доктор, но очень плохой косметолог. В 30 они уже не будут выглядеть так же. И тогда уже ее желание попасть к кому-то в компанию, присосаться к кому-то, будут вызывать отрицательную реакцию. Часто такие девочки не реализуются как жены, как матери, не имеют дома и семьи… Как в той басне: «Оглянуться не успела, как зима катит в глаза». Это классика.

Но есть, конечно, и очень красивые, очень продуманные, очень агрессивные, которые за это время могут наскирдовать много денег, и выбрать себе лучшего самца, хотя ее желают заполучить почти все. Они не тусуются где попало, а четко выстраивают свою карьеру. Процент этих девочек очень мал.

- Но зато процент постоянно тусующихся моделей достаточно высок. Вот так уже и пишут в объявлениях: «Требуются модели на тусовку в клубе». Такая себе модельная работа…

И.К.: Есть певцы, которые ничего не поют, писатели, которые ничего не пишут, и модели, которые нигде не участвуют. Девочка выбирает престижную в её окружении профессию, которая позволяет ходить на модные тусовки, пить бесплатное французское шампанское и вкусно кушать на фуршетах. Это неотъемлемое явление больших городов.

- У тебя был опыт работы моделью?

И.К.: Как то раз, когда мне был 14 лет, я участвовал в показах причесок. А недавно на Ukrainian Fashion Week наш замечательный дизайнер Елена Голец пригласила меня поучаствовать в ее показе. Я должен был выходить в шикарном смокинге в компании Веры Брежневой. Но потом режиссер показа отстоял свою позицию, что это будет профессиональный показ без привлечения звезд. А я из-за этого даже перенёс дату вылета в Берлин. Но в качестве дружеской компенсации за потерянное время Елена мне отшила совершенно потрясающий бархатный пиджак… по сверхлояльной цене…

- Вот ты был на показах Украинской недели моды. Существует стойкое мнение, что подавляющая часть присутствующих на показе людей, смотрят, прежде всего, на моделей, а не на одежду, которую они демонстрируют.

И.К.: Если честно, пусть не обижаются на меня украинские модели, участвовавшие в показах, но из тех, которых я видел, какое-то мое мужское восприятие вызвали всего одна-две.

- Что так?

И.К.: Мне не нравится, что на сегодняшний день, та тенденция, которая пошла от европейских геев, а мы знаем, сколько таких в мировой моде…

- Как будто у нас их мало…

И.К.: Ну украинские само собой. Ну так вот, они навязали нам в качестве моделей совершенно бесполых девушек, так похожих на их любимых юных мальчиков. Таких андрогинных, без явных женских половых признаков. В моем понимании женщина и ее одежда должны подчеркивать женственность – такой классический переход груди в талию, талии в бедра…

Вот эти субтильные, андрогинные модели и участвовали в Неделе моды, одетые зачастую в асексуальные, аморфные наряды. У меня они совершенно не вызывали никаких эмоций.

- Значит, ты поддерживаешь нынешнюю тенденцию борьбы с излишней худобой моделей? Нужно что-то менять?

И.К.: Конечно, нужно. В моем понимании, показ женских коллекций в первую очередь должен быть сексуальным. Понятно, что я не дизайнер одежды и не могу рассказывать, какие должны быть линии кроя и так далее. Но все же модель должна быть, в первую очередь, с женственной фигурой. Это не Рубенс, в современном понимании, конечно. Должно быть наличие красивых форм, тренированных мышц… А так какие-то субтильные существа, но уже с дряблым телом в 17 лет. Многие были под таким слоем штукатурки, но я все равно видел под ней сыпь на лице. Какие это модели? Они что, не могут даже за лицом своим ухаживать? В спортзал ходить? На фитнесс там?..

- Это что же получается? Что в Украине, которая является грандиозным экспортером первоклассных моделей, некого выставить на главный национальный подиум?

И.К.: Я тебе скажу, что девушки, которые сидели в рядах зрителей, приглашенных, и смотрели на этот блеск, среди них ну каждая третья, так точно, были намного красивее участвовавших в шоу моделей.

- Ну так у них же, наверное, есть деньги за собой ухаживать, в отличие от многих моделей.

И.К.: Конечно, среди приглашенных были, в основном, те, кто может позволить себе за собой следить – бизнес-леди, успешные артистки, богатые невесты... Когда я выходил в холл «Мiстецького арсеналу», где проходили показы, просто глаз радовался от обилия настоящих красавиц.

- Ну, вот сам же и говорил – платят нашим моделям мало, денег на то, чтобы ухаживать за своей фигурой, кожей, зубами и волосами, у них нет. Все тот же замкнутый круг. Может тогда уже пора все больше выпускать на подиум ухоженных звезд?

И.К.: А я тебе скажу, кроме госпожи Голец, которая отказалась от этой идеи, многие дизайнеры так и сделали. И причем, выходили звезды далеко не модельного возраста. Вот когда появилась на подиуме, Оля Сумская, у которой уже дочь взрослая, вот это было круто. Или когда вышла певица Юлия Войс в черном обтягивающем, просвещающемся платье на оголенную грудь и прошлась по подиуму, показала всем свою прокачанную фигуру, свои изящные формы, холеную улыбку…

Понятно, что если мы говорим о моделях, которые должны просто продавать одежду, что они просто плечики, вешалки для нее, то это одно. Но если это шоу, то должно все быть по другому. Вот как на показах Vicrtoria’s Secret, где девчонки с умопомрачительными фигурами. Понятно, что модели на подиуме не могут быть участницами конкурса «Мисс мира». Но все же основной процент, участвующих в показах моделей, должен быть похож на девушек, а не на высохших андроидов.

- Ну что ж, будем надеяться, что все в этом мире будет меняться, и все эти наши замкнутые круги, в конце концов, удастся разорвать…

Игорь Магрилов, член НСЖУ, президент MAGNET WMM

по материалам - http://magnet-models.com/ru/node/730

Фото звезд и знаменитостей, Игорь Корж, Евгений Кемеровский

Комментарии

Загрузка...
Интер - программа на неделю