Алла Пугачева рассказала все о прошлом, настоящем и будущем

6 марта 2009 в 20:58 Дмитрий Боярский

по материалам www.newsmusic.ru

Вчера мы сообщали, что Алла Пугачева объявила о прекращении концертной деятельности.

Сегодня публикуем в полном объеме все ответы Пугачевой на вопросы журналистов, заданные ей на пресс-конференции.

Началась пресс-конференция с программного заявления Аллы Борисовны, публикуем его дословно.

- Должна сказать, что грядет пренеприятнейшее событие – мое 60-летие. Люди думаю, что 60 лет – это уже старость, уже немощь. И теоретически так и нужно относиться к этому возрасту. Но для меня – это всего лишь цифра. Я в свое время заявила, что прекращу петь в 60 лет.

Я хочу сказать, что не буду целовать сцену, я не собираюсь делать прощального тура. Но я никогда не бываю голословной. Я действительно прекращаю концертную деятельность, как певица Алла Пугачева. И с трудом, но все-таки выполню обязанность юбилейного тура под названием «От апреля до апреля».

Мне бы хотелось прекратить концертную деятельность. Хотя и не вовремя это, наверное, - на дворе кризис, и надо как-то зарабатывать деньги. Но зарабатывать деньги на том, что будет выглядеть некачественно, - я не буду. Певица Алла Пугачева уйдет со сцены.

Но наступит время другой Аллы Пугачевой. Которая ведет деятельность на радио «Алла», в театре, в кино, в издательской сфере. Сидеть сложа руки на пенсии я не буду.

Есть еще ряд причин, по которым надо заканчивать концертную деятельность. Для того, чтобы никто не придумывал, я скажу две главные причины.

Первая причина - здоровье мое уже не очень позволяет кататься туда-сюда. И вторая причина – скажу честно и откровенно, в том, что после ряда операций, которые мне пришлось перенести, мой голос подсел и уже не может выразить тех чувств и тех интонаций, которые мне хотелось бы донести. А раз это не так, я найду способ, чтобы мой новый голос порождал новые чувства.

Что касается фотоальбома. У меня все фотографии лежат дома в полном беспорядке. Я совершенно не умею что-то систематизировать, собирать все по датам. Мне помогли все собрать. Пусть это будет первое напоминание о том, как у меня все было, какая я была и какая стала. Печатался альбом в Словении, и получилось качественно. Приятно держать в руках. В этом альбоме – только фотографии, связанные с творчеством. Например, когда я собирала в Ереване стадион «Раздан». И мне приятно посмотреть на фото, где я красивая, молодая, стройная.

Но это только начало. Второй ласточкой станет альбом с фотографиями моих друзей, бывших и настоящих. С рассказами. Скорее всего, будет написана книга, которую я всегда боялась писать. Что меня сподвигнет на это? Наверное, то, что все мои бывшие мужья, все вдруг начали писать обо мне мемуары. Должна признаться, меня это, с одной стороны, радует, я хоть буду знать, как они себе представляли жизнь со мной. А с другой стороны, наверное, придется как-то и отвечать на все это. Я безумно этого не хотела, потому что в этом есть какая-то доля оправдывания и, может быть, даже развенчивания чего-то. Но я постараюсь собраться с духом и написать все-таки так, как все это было. Если у меня будет такое же настроение, как сегодня. Но мое настроение, оно переменчиво. И, может быть, прочитав еще какие-нибудь мемуары, кто там еще остался, кто не написал, из последних, то, может быть, я и скажу себе: ну достаточно, в принципе, их воспоминаний. Это будет не придуманное, а точное описание моей жизни. Пусть даже это будет не так интересно, как придуманное кем-то.

Я уже даже предвкушаю начало работы над этой второй книгой. Начало положено уже сегодня.

Расскажу про свой тур. Во-первых, это три концерта в Кремле 7, 8, 9 апреля. Это мои сольные концерты. С удовольствием назвала эту программу «Сны о любви». И 15 апреля в «Лужниках», в ГЦКЗ «Россия», будет интереснейшая программа для зрителей и телезрителей. Это день рождения, сам день рождения, где будут приглашенные артисты, где будут мои желания наяву. Вот я хотела бы спеть с Софией Михайловной Ротару, мое желание должно сбыться. Попытаемся это сделать. Или, там, короче, Хазанов что-то готовит, еще что-то. Это безумно, мне самой безумной интересно, что это будет. Так что всех заранее приглашаю.

Снимает эти два концерта РТР. Концерт 7-го будет показан в эфире 15 апреля. А юбилейный концерт покажем чуть позже. Кроме того, российское телевидение собирается снимать документальный фильм обо мне, проедется со мной во всем туре, все отснимет, и может быть, к следующему апрелю его покажут. Или даже к Новому году, если успеем все смонтировать.

В тур входят Украина, Белоруссия, Израиль, Санкт-Петербург, Азербайджан, Америка (5 концертов), Казахстан… Ну я народная артистка Советского Союза, вы понимаете, да. То есть мне проехаться по бывшим нашим республиками – это одно удовольствие. Еще Германия, Грузия, Армения…

Я думаю не о материальной стороне дела, много денег уйдет на организационные вопросы. Но я хочу увидеть своих друзей в разных странах. Я предвкушаю эти встречи с волнением. Мне важно провести этот тур на высоте. Не буду перечислять все города тура, - буду везде, где можно.

Декорации, по традиции будет делать замечательный художник Борис Краснов. Есть лучше художники, есть хуже, а есть Борис Краснов. Как видите, много символики в этом. Ну и пусть!

- Готова ли концертная программа, и какие песни в нее войдут?

- Это было бы безумием, рассказать сейчас все о будущем концерте (Алла машет руками в знак протеста). Никогда в жизни я этого не делала, и делать не собираюсь. Боже упаси! В программе «Сны о любви» будут песни о любви. Знакомые и незнакомые. Те, что мне дороги, но не старые, потому что не люблю вспоминать старые песни.

Эта программа уже откатана, в принципе. Просто она не была еще в Москве.

- Вас называют голосом России. Считаете ли вы себя мировой звездой?

- Если учесть, что по миру разбросаны наши люди, тогда действительно я ощущаю себя певицей мира. Но мировой звездой я себя не считаю, несмотря на то, что меня знают многие. Это, наверное, удел будущих наших звезд, которые изначально будут направлены творчеством на раскрутку на Запад. Я прежде всего считаю себя… (как бы смущенно) Ой… Российской женщиной, которая поет. Если кому-то нравился мой голос и те песни, которые я пела и пою, то большего счастья и награды для себя я не желала и не желаю.

(посерьезнев) И должна вам добавить, что в принципе я всегда относилась к своему пению и выбору репертуара, и вообще месту на сцене как к какой-то определенной миссии, которая мне была дана свыше. Я эту миссию выполнила.

Может быть, даже раньше, чем вы думаете. Тогда, когда была программа «Избранное», если вы помните ее. Она снималась на телевидении. И я счастлива, что эта программа отснята и останется для ценителей поп-культуры, может быть, как настольная книга. Потому что, когда я тут ее пересматривала, то поняла, что лучшее из того, что должна была сделать, извините, от третьего лица, - Алла Пугачева, - она это уже сделала. То, что именно я должна была сделать. Именно актерская игра в песне.

- Расскажите, пожалуйста, примете ли вы участие в «Евровидении»?

- Хотите сказать, что опять мне на конкурс?

- Мы были бы только рады.

- Да боже упаси, что вы! Я благодарна всем тем участникам «Евровидения», которые бились там мордой об стол и как угодно назовите это, и мочили нас, и не знали, как организовывать это все. Я поздравляю всех, кто участвовал в «Евровидении», тех, на которых учились каждому шагу, чтобы дойти до вершины. И поздравляю Билана, который все-таки победил, и мы поняли, как побеждать на «Евровидении». Я не знаю, кто будет участником «Евровидения» от нашей страны, поэтому ничего нового не могу сказать. Особо меня никто не приглашал в организацию этого конкурса, да я особо и не стремлюсь. С удовольствием, как все, посмотрю его на телевизионном экране.

- Почему так давно не приезжаете в Дагестан?

- Ездила когда-то, когда была помоложе.

- Алла Борисовна, вы великая певица. Предстоящие концерты дадут еще одному поколению увидеть ваши сольные концерты, ведь выросло целое поколение, которое не видело вас на сцене в сольном шоу. А в Подмосковье вы выступали. Как вы относитесь к своей профессиональной вокальной форме? В Подмосковье часть песен вы пели под фонограмму. Как будет с этим на концертах в Кремле?

- Что вы имеете в виду – часть песен? Какую часть?

- Несколько песен вы пели под «плюсовую» фонограмму.

- Нет, у меня было две песни под «плюс». Они звучали на бис, и я пела в них сверху, для мощИ (ударение иронично ставит на последний слог). Я бы иногда с удовольствием пела бы под фонограмму, но мне сложно. Фонограмма часто используется на телевидении – сборные концерты, телесъемка. Но это очень тяжело для меня. Есть два человека, которые никак не научатся петь под фонограмму на телевидении и даже в кино, и даже в клипах – это Кобзон и я.

У нас был случай, когда нам необходимо было петь под фонограмму. Так мы нашли хитрый ход. Мы стояли вдвоем. Когда я пела, то я стояла спиной к зрительному залу, а Кобзон – лицом. Когда он пел, то он поворачивался спиной к залу, а я смотрела в зал лицом.

Что касается моего голоса, - не пугайтесь – он еще есть, чтобы сделать три сольных концерта.

Но и там, скорее всего, будут эти две песни под фонограмму. Если они будут, если их будут просить. Но – для мощИ! Хотя, что касается этих двух песен, то они там не нужны совсем. Я лучше их в Лужниках для мощИ их дам. А, тоже не могу! Потому что эти две песни буду петь с кем-то другим…

- Не будут ли выглядеть ваши шикарные концерты во время кризиса как пир во время чумы?

- Мои концерты? Пир во время чумы? Да мои концерты – это чума во время пира! (громкий хохот всех собравшихся)

Кризис коснулся тех людей, что были виртуальными мульти-олигархами. Меня этот кризис коснулся так, что я не могу вынуть свои деньги из банка. У меня их не так много, но на них я рассчитывала. К сожалению, этот вопрос остается до сих пор открытым.

Но у меня есть хорошие друзья, которые скинулись, кто сколько может. И на эти деньги я делаю тур и эти сольные концерты.

Меня больше волнует кризис в душах людей, нежели кризис материальный. Главное, чтобы люди не озлобились, чтобы ушла мода на цинизм, и пришла снова мода на великодушие и душевную щедрость. Чтобы то поколение, которое не видело моих сольных концертов – да не будут они их смотреть, у них свои кумиры, - пусть оно не будет воспитываться на цинизме.

Это относится и к телевидению. Которое все больше и больше делает зрителей зеваками, смотрящими на кровищу, или понятыми в сериале. Надо, чтобы поколение, воспитанное на циничном отношении друг к другу, не оказалось потерянным.

- Когда вы будете петь в Тбилиси?

- (после эффектной паузы) Скоро! Скоро буду. У меня просто нет сомнений, что я должна быть там, и я готовлюсь к этому. Я просто не представляю себе свой тур без зрителей Грузии. Это же моя юность. Мы были молодые, бесшабашные, мы пели песни.

Я безумно рада видеть Нани (вопрос поступил из тбилисской телестудии, где сидит Нани Брегвадзе). Если был бы Вахтанг Кикабидзе, я бы тоже была безумно рада его видеть. Нас объединяет, прежде всего, обоюдная любовь к нашим культурам. Я уверена, что никакая политика, которая ведь тоже учится, развивается, делает ошибки, исправляет их, я думаю, что никакая политика не сможет разрушить нашу дружбу – простых людей, простых артистов, которые свято верят в музыку и дружбу, коллегиальность и, прежде всего, победу культур народов. Спасибо за то, что вы мне такие теплые слова говорили. Я счастлива буду встретиться с вами на вашей земле.

- Вы, как Муза конкурса «Новой волне», не покинете нас? Потому что для молодых исполнителей ваше присутствие там – большой стимул.

- Музой-то не тяжело быть. Побуду еще…(под хохот зала)

- Продолжая тему «Евровидения», не считаете ли вы, что конкурс чересчур политизирован?

- Знаете, если бы я была организатором конкурса, я бы вам точнее что-нибудь сказала. У меня есть, конечно, такая мысль, что этот конкурс очень политизирован. Хотя побеждает там все равно сильнейший. Другое дело, какие места занимают те люди, которые по политической какой-то линии не проходят, но это уже мало волнует. Потому что на «Евровидении» есть только одно место – первое. А то, что политизирован, да, многие жалуются. Я не хочу быть голословной, у меня таких фактов нет, но все говорят об этом. Дыма без огня не бывает. Согласна, что-то там есть такое...

- Вы общаетесь с Юлией Владимировной Тимошенко. Пригласили ли вы ее уже на свой концерт в Киеве или собираетесь это сделать лично? И вопрос не про политику. Знаете ли, что готовят внуки вам на юбилей?

- Ну, начну с конца. Потому что внуки всегда делают это сюрпризом. Как же я могу знать до того? Единственное, что мне приятно, что мой старший внук собирается все-таки попросить разрешение и приехать, отпроситься с учебы в Америке на мой юбилей. Может быть, даже что-нибудь споет. Что касается Юлии Тимошенко, я в восторге от этой женщины. Как женщины. А как политик, ну, наверное, она хороший политик. Это вам судить. Я не политик, я певица. Но я с удовольствием с ней общаюсь, она большая умница, красавица. И я, конечно же, ее приглашу и на концерт в Киеве, и на концерт в Москве, и на банкетик (пауза на смех) в Москве по поводу дня рождения. Потому что политика политикой, а отношения человеческие – это другое.

- Алла Борисовна, вы сказали, что вам было приятно, когда вы собирали в Армении стадион «Раздан». Поделитесь вашими воспоминаниями об этих событиях. И немного о новых программах. Мы ожидаем турне. Если можно, конкретно – когда это будет, в каком месяце это ожидать. И чем будет отличаться программа в Армении от всех остальных? Будут ли какие-то специальные проекты по нашей стране?

- Армения в графике стоит где-то на сентябрь-октябрь. Я не могу сейчас точнее сказать. Все это вы будете знать заранее, но чуть позже, естественно. Где-то осенью. Ну, хочется каждой стране сделать какой-то сюрприз. Что-нибудь придумаем. Я сейчас не могу раскрывать что-то, но я постараюсь, чтобы армяне не были разочарованы, вот так скажем. Мне всегда было там замечательно всегда, это такая комплиментарная публика.

Мне всегда было легко выступать. Я уж, конечно, еще раз повторюсь, и вот в этом фотоальбоме есть фотография выступления на стадионе «Раздан». Это было единственное такое выступление. И слава богу, это в фильме снято. И, когда мне грустно или не уверена в чем-то, я пересматриваю эти кадры – выступление на стадионе «Раздан». Какие неподкупные чувства! Какая искренность в глазах у зрителей! Как они аплодируют. Как они принимают. Ведь что там можно видеть? Маленькая точка бегала, даже экранов не было. Такое не забывается. И я надеюсь, что на концерте в Ереване я все там скажу, что я о вас всех думаю, дорогие мои армяне.

- Как вы считаете, вы, Алла Борисовна, профессия артистки – это тяжелый труд?

- (Алла Борисовна задумывается, и медленно, с расстановкой начинает говорить) Как любой труд, если ты отдаешь все качеству и знаешь, что этот труд направлен на сердца людей, на их души, это, конечно, тяжело. Тяжело не с физической даже точки зрения, потому что артистка – это даже если больная, то выйдет не сцену и не чувствует болезни. Физически это немножко тяжело, когда ты болеешь, а должен выступать. Невозможно отменить концерты, перенести. Вы знаете, я одним словом скажу, что профессия это тяжелая, если к ней относиться со всей серьезностью.

Если положить на алтарь этого искусства актерского все – семейный уют, возможность более близкого и частого общения со своими родными и близкими, положить на этот алтарь свое какое-то личное счастье, если что-то мешает – гнать это все. Только зрителям, только зрителям! То тогда, конечно, победа. И от этого не устаешь. Но за все годы, которые я работала на сцене, а это, представьте себе, уже около 50 лет… Боже мой, с 16 лет я начала, мне 60 будет. Это сколько? 44 года. Мама дорогая! Ой, столько не живут. Я устала только от одной вещи, и здорово устала, должна вам сказать. От ответственности.

Потому что смотрят на тебя не как на других, ждут от тебя такого чего-то, чего от других не ждут. И ты обязан не разочаровать ни одного человека в зале.

Я ни о чем не жалею.

Моя совесть чиста. И профессия эта очень и очень трудная. Это я говорю для тех, кто считает ее легкой. Быстренько отрастил ноги от ушей, надел бикини, снялся в эротическом клипе за деньги мужа-олигарха, и вперед. Так не пробраться к сердцам людей. Потому что настоящее искусство – певческое оно или театральное, оно прежде всего проповедническое. И абсолютная связь с космосом! Так что думайте, когда решаете - быть артисткой или не быть.

- Где и когда планируется последний концерт, прорабатывался ли этот момент? В каком городе, как бы вы хотели завершить этот тур?

- Ой, только не называйте это последним! Это ужасно просто. Последним… Не знаю я. Вы знаете, я за неделю-то ничего не могу загадать. Спросите меня, что будет через неделю – не знаю. Я всегда говорила, что для меня будущее – это конец сегодняшнего дня. То, что вечером будет, знаю. А что завтра – нет. Поэтому давайте не будем так заглядывать далеко. Конечно, этот тур закончится. Конечно, будет завершающий концерт этого тура. Ну и, скорее всего, в Москве. А где еще? Назовите – где, туда поеду. В Санкт-Петербурге, в Москве. А зачем, когда эти концерты были в Москве уже? Я так думаю, что я просто вернусь в Москву, и мы опять соберемся, и я вам расскажу о том, как это все проходило. Может, и спою для вас чего-нибудь. Не под фонограмму, для мощИ.

- Вы обмолвились о том, что собираетесь посвятить свою жизнь еще частично кино и театру. Есть уже какие-то конкретные наметки у вас?

- Понимаешь, все начинаешься с того, что ты грезишь об этом. Но в моем характере, я начинаю сначала грезить, потом я говорю о чем-то, потому что знаю, что это уже определенно. Почему? Потому что даже если мне ничего не предлагают, я сама предложу, придумаю и сделаю. Потому что ничего ко мне вот так вот на блюдечке с голубой каемочкой никогда не приносили!

Но постольку поскольку это мне будет интересно, а ничего другого не будет уже, мешать, понимаешь, то вот я кое-что себе придумала. Естественно, общаюсь сейчас с драматургами, с коллегами-артистами. С Женей Мироновым. Всем дают информацию, пусть все думают, чего делать.

Хотя меня в свое время очень успокоил Никита Сергеевич Михалков. Он сказал, что мне спешить некуда, что мое амплуа – это комическая старуха. И что я настолько буду хороша в этом амплуа… (превозмогая хохот в зале) Так что есть время...

- Почему вы так редко приезжали в Швецию, ведь вы очень популярны были в 80-е годы в Скандинавии?

- Наверное, вы молодой человек, раз задаете такой вопрос. В те годы от меня ничего не зависело. Когда мне разрешали выехать в скандинавские страны – я ехала, и там выступала. И мне очень приятно, что меня там многие любят и помнят до сих пор.

Если бы родилась чуть позже, хотя бы во время перестройки, мне было бы гораздо легче стать звездой не только Скандинавии, но и всего мира. Хорошая идея, кстати, внести в график тура хотя бы Швецию. Хорошая идея, спасибо.

- В Финляндии самая популярная песня в караоке - «Миллион алых роз».

- Финны же близки к Паулсу по темпераменту, она для финнов – горячая песня! (улыбается).

Я, честно говоря, очень виновата перед этой песней. Потому что я ее, честно говоря, терпеть не могла. Но у нас она тоже стала очень популярной, в караоке в том числе. Благодаря Паулсу и Андрею Вознесенскому. Теперь, по прошествии лет, я хочу сказать им огромное спасибо. Ведь это счастье для артиста, когда его песня становится такой популярной не только в нашей стране, но и за рубежом. Спасибо, Раймонд! Спасибо, Андрей!

- Завтра юбилей у вашего друга Михаила Жванецкого. Вас связывают какие-то близкие отношения, дружеские. Есть легенда, что он как-то пытался вас затянуть в политику. Это правда?

- Я украинских журналистов понимаю. Они, как итальянцы, всегда в политике… Когда я приехала в Италию, думала, что они все ругаются между собой. А это они обсуждают всякие политические вопросы. Ну, а что? Такое заразительное дело, эта политика. Значит, народу нравится, разберутся, значит.

По поводу Жванецкого. Я даже обалдела, думала, что как-то уйду от этого вопроса, потому что это чушь абсолютная. Чтобы Жванецкий меня тянул в политику? Если только в ресторан, который так называется (хохот в зале). Только туда он меня может тянуть, в ресторан. Есть такой ресторан, кстати, «Политика».

Вот туда он меня может тянуть. Но в политику никогда. Честно вам скажу, никогда такого не было. Был давно-давно один случай. Мне в райкоме партии сказали: «Хотите вступить в партию?» Я говорю: «А почему бы нет?» Они говорят: «Тогда придется другие песни петь». Я говорю: «Тогда не хочу». Вот и все разговоры о политике.

Никогда в жизни со мной не вели такие разговоры, тем более Жванецкий. Посмотрите на меня - где я, и где политика. У меня своя политика совершенно, у меня своя трибуна – сцена. Мне нравится, что наши президенты такие молодые стали, хорошие, я их знаю. И они не обидят бабушку, если что (хохот понимания, кто тут "старушка").

- Алла Борисовна, вы, наверное, слышали, какие отклики вызвала песня, которую собираются исполнить грузинские участники на «Евровидении». Какого вы о ней мнения?

- Я просто не знаю, о чем речь. Послушаю, приеду в Грузию и все расскажу. Я не в теме. Мне сейчас сказали, что в этой песне критикуется Путин. Думаю, что Путину это по фигу, честно говоря, что там в песне поется.

Другое дело, как исполнится еще песня, да еще с именем известных людей. Надо будет постараться. Ну, не знаю, там уж решат как-нибудь.

Вообще я не люблю, когда в попсовом конкурсе поют какие-то политические песни. Давайте лучше петь о любви.

- Будут ли на радио ваши новые песни после завершения концертной деятельности?

- Что касается «Радио Алла», я думаю, что студийную работу я не закончу. Но я еще раз говорю, что та Алла Пугачева, которая пела красиво и сильно, - ее, конечно, уже не будет. Но зато будет другая Пугачева, может быть, даже с другим именем.

Тогда у меня будет возможность спеть совсем другое. Нравится оно вам или не нравится, но другая. Так что время для экспериментов у меня еще есть. Тем более что есть «Радио Алла», где я могу экспериментировать. Посмотрим, что будет.

- По каким местам вы путешествовали в Армении?

- Я там так много путешествовала. Я просто сейчас боюсь, что спутаю названия. Вот эти развалины Гарни. Там был какой-то конкурс в этом месте. И подсвеченная архитектура…

Знаете, это было как в сказке. То есть такая красота! Горы, это здание, как арка, монастырь. Это было замечательно просто. И много мест для меня. Маэстро Котик Орбелян возил меня, показывал все. Недавно были его концерты в Москве. Мы не виделись 20 лет. Встретились. Такая была трогательная встреча. Он совершенно не изменился. Он бил себя по щекам, говорил: «Ты что, дашь мне 80?» Дорогой Котик, не дам тебе 80!

- Алла Борисовна, вас любят на всех просторах бывшего Советского Союза, в том числе в Азербайджане. Мы с удовольствием вас ждем в городе Баку. Насколько зажигает бакинская публика?

- Зажигает бакинская публика? Не знаю. Всегда зажигала, и не только бакинская. Меня, что ли, зажигает? Или как она вообще зажигает? Я такая дремучая, я не могу понять.

Мне очень нравится Баку, мне очень нравился Гейдар Алиев, Муслим Магомаев, замечательный просто человек и певец. Полад Бюль-Бюль Оглы много нас возил куда-то, показывал. Мы узнали Баку изнутри. Таир Салахов…

У меня такая компания там была! Таких людей, может быть, тогда небогатых, сейчас многие богатые. А тогда они были молодые, голодные, веселые, талантливые. И гуляли мы в вашем Баку, уж так зажигали! На сцене и в зале все скромненько было, не так, как вне сцены. Все отлично. Я с удовольствием жду Баку.

Тем более что я люблю национальную кухню. В Армении люблю долму, летнюю причем. В Баку – сыр, травку, штучки всякие вкусные, рис этот, плов. (вздохнув и понизив голос) Никогда я не похудею!

- Когда планируете выступить в Киеве?

- В Киеве мы должны выступить 22 апреля. Про Тимошенко – не могу рассказывать политические секреты!

Водку с Тимошенко пили вместе последний раз. Рассказывали друг другу о дочерях, о жизни. Вы что ж думаете, что я, что Юля только сюда вот о политики, что ли? Она же где-то и человек. Она может где-то человеком ранимым, женщиной просто побыть? И вот такой она была со мной.

Мне интересно следить за ее политической деятельностью – такой контраст между этой железной леди и тем человеком, которого я знаю. Так что думаю, у нее большое будущее. (изменив голос, с вкрадчивыми интонациями) Так что мне надо с ней дружить…

- Сейчас помимо всех прочих кризисов говорят еще о кризисе музыкальной индустрии, о том, что новые песни никого уже не интересуют. И они всегда хуже старых, что никто нового не напишет так, как написала Алла Пугачева. Что вы можете сказать по этому поводу?

- Ой, ну не угнетайте так уже этим вопросом. Дело в том, что создать что-то новое несложно. Можно скопировать что-нибудь западное. А чтобы создать что-то свое новое, надо найти что-то свое. И всегда есть этап развития, когда поколение учится тому, как оно хочет сказать свою мысль, каким способом, и находить при этом еще профессиональное звучание.

То есть мы же начали другую музыку, появилась когда-то «Агата Кристи», которая могла петь живьем, но мимо нот. Правильно? Потом, «Би-2» мне очень нравятся, какие-то песни необыкновенные, очень хорошие.

Теперь появились певцы уже, которые настолько филигранно технично исполняют в стиле соул, и они обладают удивительными техническими вокальными данными. Еще бы немножко знать, - зачем ты поешь, кому ты поешь. Что тебе от этого надо? И главное – адрес. Кому, кому? Людям.

Потому что они тебя будут приветствовать, они будут переживать твою песню. То есть туда внести надо частицу души и уж, к сожалению, частицу жизненного опыта.

Все мы были молоды, все мы начинали и ошибались. И сейчас этот этап, который, может быть, у кого-то ошибочный, но он есть начало нового. Так что негатива не должно быть.

Я абсолютно верю, что это поколение найдет свои краски, найдет своего зрителя, уже нашли, в принципе. Ну а мы, наше поколение, уж как-нибудь в своем поваримся. На Юрии Антонове, на Нани Брегвадзе. Молодежь тоже любит эти песни.

Но я все-таки тетка такая, которая не хватается за прошлое, - не хочу. Я очень жду, когда появятся лидеры. Молодые, красивые, здорово поющие и с напором, с натиском, с лирикой и со своей человеческой сущностью, которую они хотят передать людям.

- С какими композиторами и поэтами вы сотрудничаете в настоящее время?

- Ну, не знаю. По-моему, ни с кем я пока сейчас не сотрудничаю. Вокруг меня всегда одни и те же. Игорь Николаев, Раймонд Паулс. Сама я пишу. Если появляется какая-то песня, ну, присылают.

- Надо петь о любви, вы говорите? Но в последнее время такое впечатление, что в вашем собственном творчестве как таковых лирических песен было меньше, чем язвительных, ироничных, вроде «Мадам Брошкиной» или «Малолеточки».

- Это о любви.

- И «Малолеточка» тоже от любви погибла?

- «Малолеточка» - это не мой репертуар. Это была песня, специально написанная к юбилею Танича и группы «Лесоповал».

- Не чувствуете ли вы, что вот что-то за эти годы от вас самой ушло или вы упустили? О какой неспетой песне вы жалеете? Или, наоборот, о чем-то спетом или о чем-то сделанном в жизни?

- Вот выпущу книгу, там я все расскажу, о чем я там, проанализирую. А сейчас я ничего не анализирую. Меня все устраивает, что я спела, чего не допела. Где я ошибалась, где не то спела. Вот все устраивает, понимаете, в моей копилочке, в моем сундучке, на моей витрине.

А что-то неспетое, мне уж кажется, столько лишнего даже напето, что… Так что потом как-нибудь, вы на досуге сядете (меняя голос на жеманно-великосветский)с книгой «Воспоминания о жизни и искусстве» автора Аллы Пугачевой. Будьте лучше один, у камина, накиньте клетчатый плед, возьмите бокал сухого хереса. Сухого. Хереса. Может, вы недослышали? Да, вот херес (пауза) именно. Холодный, не разогревайте, и холодную дичь. Но прежде чем книгу взять, вы руки протрите (хохот в зале). И вы такой немножко пьяный, немножко сытый, согревшийся у камина, вы раскроете книгу, а я вам там говорю: «Сережа, только тебе говорю, как жалко, что я не спела вот эту песню. Из репертуара Кристины Агилеры». Ой-ой-ой. (громкий хохот в зале)

- Алла Борисовна, скажите, ваши концерты будут сугубо сольными? Вдруг вы приехали в Тбилиси и сама Нани Брегвадзе захотела с вами спеть или Буба Кикабидзе? Будете ли петь песни на сонеты Шекспира?

- Сонеты Шекспира? Боже мой. Вы знаете, если Нани или Вахтанг захотят выйти на сцену и спеть что-то, да я буду только счастлива. Правда, у меня программа выстроена, как моноспектакль. Но в любом спектакле можно так повернуть, если я сама себе режиссер, что вдруг в спектакле появляются Вахтанг или Нани. И спектакль от этого может стать только дороже, интереснее, радостнее. И я буду только счастлива. С собой я никого, конечно, не привезу.

Сонеты Шекспира я петь не буду. Я буду петь чего-нибудь другое. Вот такая, как я сегодня, а не та, которая была вчера.

Я даже не помню, какая я была вчера.

- Как вы относитесь к тому и реагируете на то, когда другие артисты позволяют хамское отношение по отношению к вам и вашим коллегам?

- Что ж такое, у меня с ушами что-то? Зрители хамское? (хохот в зале) Коллеги проявляют ко мне хамское отношение?! (хохот в зале) Может, вы неправильно вопрос задали? Коллеги-журналисты проявляют ко мне? Коллеги-артисты?

- Я имею в виду события на «Новой волне».

- А что на «Новой волне» было такое?

- По поводу Филиппа Киркорова, когда его представлял Павел Воля, он сказал: «Филипп Киркоров? Где-то я слышал это имя».

- А, это! Ну, боже мой! Ну перестарался Паша. Решил пошутить. Не каждая шутка получается. За что и получил за кулисами немножко. Зато запомнил. Но я ж его не била и не считала это хамством. Я просто сказала ему, что так делать нельзя. И я это каждый раз могу сказать начинающему артисту, потому что мне тоже когда-то делали замечания. Ведь не страшно ошибиться, а страшно таскать эти ошибки до старости. Лучше я скажу, чем кто-то другой просто промолчит и порадуется. Ой, видишь, как про Киркорова.

Да мне, может, все равно, чего он там скажет про Киркорова. Но на сцене этого делать нельзя. Какой бы ни был Киркоров, какое бы отношение не было к нему Паши, мое отношение, мы на сцене обязаны преподносить звезду, как полагается. Паша, конечно, сказал, что он без злого умысла всякого, но просто немножко ошибся. Так что не надо делать из мухи слона. Вообще ничего не было, просто поговорили, и все.

- Вы сказали, что вашей самой нелюбимой песней была «Миллион алых роз». Скажите, какая ваша самая любимая песня? И пару строк из нее не споете?

- Ой, дело в том, что тогда придется по паре строчек из каждой песни. потому что нелюбимых песен я не пела. Вы знаете, самые любимые песни, другой любовью любимая, они на сцене не звучали. Это песни, которые я пела, например, на берегу моря в Литве, гуляя с маленькой Кристиной. Это песни, которые мы пели в маленьких ресторанчиках в замечательном месте в Югославии – в Дубровниках, сочиняя на ходу слова, музыку. Импровизацию - вот это очень я любила. Поэтому что я вам сейчас буду петь?

Совершенно непонятное: «Эй, нон, эй, нон… Мала капитонья…» (поет) Понятно, нет? Идем, идем к морю, мой капитан. Достаточно?

- Алла Борисовна, часто и мои коллеги, и ваши коллеги говорят о вашей огромной энергетике, экстрасенсорных способностях. Некоторые говорят, что Алла Борисовна, когда хочет, использует их во благо, а может и не всегда во благо. И почему-то приводят в пример того же Филиппа Бедросовича. Говорят, вот одевается красиво, симпатичен, но глаза не 42-летнего, а человека гораздо старше. Галкина тоже в пример приводят, который неврастенично ведет себя на концертах по отношению к зрителям и журналистам. К кому вы близки? Вы можете иногда и энергию-то пососать…

- Понимаете, Галкин, он же пародист. И когда вы с ним общаетесь, он становится таким же неврастеником, как вы. А что Киркоров? Я его сто лет не видела, этого Киркорова. Я не знаю, какие у него глаза сейчас. Он сам вампир.

- Вы уже много лет самая популярная, самая известная женщина этой страны. Хотелось бы узнать, счастлива вы? И кто может завоевать сейчас ваше прекрасное сердце?

- Зачем же его завоевывать-то? С ним надо мягко, нежно. А так конечно, счастлива. По многим причинам. Счастлива, что этого человека нет со мной. Счастлива, что этот - есть со мной. Счастлива, что, может быть, когда-нибудь вообще никого не будет рядом, отдохну хоть. Мало ли что, отчего бывает женщина счастлива. Хоть раз я говорила, что я несчастлива? Как только я буду несчастлива, я тут же найду способ осчастливить себя чем-нибудь другим.

Актриса любое свое переживание или несчатье перенесет на сцену, и не заметит, как несчастье привело к рождению новой песни, нового текста, новой мелодии.

Это вопрос не ко мне – счастлива ли я.

Я счастлива, что успела столько сделать в этой жизни, стольких людей повидать, родить дочь, увидеть внуков. Сидеть на пресс-конференции, проработав столько лет на сцене, и видеть такой интерес журналистов к себе, зрителей, просто людей, которые живут рядом со мной. С какой любовью они ко мне относятся. Да что вы! Что может быть вообще омрачить мое настроение? Не дай бог, что-то случится с близкими. Все остальное – это счастье, к которому я когда-то даже не была готова. А сейчас, осознав это счастье, я хочу его упаковать, перевязать и начать какую-то новую страницу.

Получится у меня осчастливить себя и вас с этой новой страницей, дай Бог. Не получится – нет. И вам я желаю счастья!

- Алла Борисовна, можно вернуться к альбому? Скажите, почему вы начали с фотографий, а не, скажем, с книг?

- А с чего я должна была начать?

- Можно было просто написать воспоминания.

- Э, нет, рановато! У меня же экстрасенсорно все… Я сначала вас подготовлю фотографиями, напомню, что там к чему, чтобы вы вспомнили все, чем я занималась, какая я была крутая (жеманно), какая я была красотка. Там такая красотка, Господи!

Я когда смотрела, думала, - прелесть какая, что хоть в фотоальбоме я останусь. А потом поколения грядущие вообще не узнают, какая я была. Посмотрят, найдут книгу, скажут: вот это да, какая была.

Так что все продумано. Посмотрите сначала вот это, потом вот это, а теперь вот что я вам скажу! (с ударением, комически округлив глаза)

- На какой стадии строительство вашего Театра песни в Питере?

- Два дня назад я встречалась с Валентиной Ивановной Матвиенко. Естественно, кризис немножко приостановил инвестирование. Но, в принципе, все идет нормально. Все как у людей, которые что-то хотят построить. Надеюсь, что нас не затронет сильно это. Потому что идея очень хорошая, и она продолжает развиваться.

- Если вам не сложно, несколько слов о Леониде Бергере.

- Замечательный певец Леонид Бергер. Замечательный певец и композитор Александр Лерман. Все они, конечно, были «воспитонами», как я говорю, группы «Веселые ребята». Но так случилось, что Леня уехал в Австралию, Александр в Америке, профессор.

И однажды я пригласила его на «Рождественские встречи». И он приехал. Вот, собственно, и все. И мы насладились в очередной раз его пением.

Сейчас я хочу собрать немножко старый состав «Веселых ребят» на 15-е в «Лужники». Чтобы приехал из Америки Саша Лерман, Саша Буйнов, Толик Алешин, Чиненков, и мы что-нибудь спели старым составом. Я думаю, что это будет трогательно.

- Решение уйти со сцены – достаточно тяжелое решение, и вы наверняка принимали его непросто. Как отнеслись ваши близкие к этому решению? Что сказала, например, ваша дочь Кристина Орбакайте, Максим Галкин? Может быть, они вас отговаривают?

- Во-первых, я это сказала вам, а не им. Во-вторых, они слышали об этом, по-моему, еще год назад и спокойно к этому относятся, потому что знают, что это касается только пения на сцене, концертной деятельности, гастрольной деятельности. А все остальное… Мало ли куда меня вырулит жизнь.

Они всегда верили в меня – что дочь, что (подавив смех) Максим Галкин.

Когда посмотришь на Максима, пообщаешься с ним, то уже ничего не страшно. Вот так смеешься, улыбаешься. Ни кризис тебе не страшен, ни уход со сцены не страшен. Страшно только постареть совсем.

- Почему такие дорогие билеты на ваши юбилейные концерты? Билет в «Лужники» в партере стоит от 15 тысяч до 30 тысяч.

- Это вопрос не ко мне. Но я так думаю: кто ж не хочет заработать-то на этом концерте? Все хотят. Ладно уж, не жмотитесь напоследок! Потратьтесь, приходите.

- Клавдия Шульженко в 70 лет дала свой последний концерт, который до сих пор показывают. Планируете ли вы дать такой концерт в 70 лет?

- Я могу планировать и в 100 лет выступить. Хотелось бы. Изабеллу Юрьеву в 100 лет Кобзон на руках вынес на сцену, и она что-то даже спела. Я не приветствую такие трогательные вещи, когда ты не ходишь, не поешь (пародирует старушку, которая что-то бурчит под нос). Кто помнит, тот помнит.

- Много говорилось сегодня о туре, о его географии и о том, какие сюрпризы там будут подготовлены. Почему такая верность «Рециталу», тем музыкантам? Это красит артиста, - верность музыкантам, которые прошли много времени вместе. Но мне кажется, что ваши возможности, ваше влияние и интересы позволяют хотя бы на юбилейный тур собрать достаточно сильную команду музыкантов, с которыми можно сделать что-то совершенно неожиданное.

- Я не ставлю перед собой задачи удивлять. Я ставлю перед собой задачу – со своими старыми музыкантами помянуть еще тех, которые уже умерли, просто спеть в этом туре, на этих концертах. Спеть от души. А дальше уже сами удивляйте. Есть у вас свои певцы новые? Удивляйте. Я уже наудивляла вас до шестидесяти лет. Спасибо, хватит.

- Какими принципами вы руководствуетесь в своей жизни? Что для вас самое ценное, самое главное? Самое основное?

- Соблюдать заповеди, вот и все принципы мои. Я считаю, что это должен быть принцип любого нормального человека.

- Сейчас критерии таланта и бездарности очень расплывчаты. Какими критериями вы пользуетесь, чтобы понять, кто талантлив, кто бездарен?

- Чего? Я не поняла вопрос. Но критерий таланта – это когда человек поет или что-то делает, а тебя мурашки по коже.

Спасибо за внимание, всего вам хорошего.